Alejandro Otero

Биография

В 1949 году в Музее изящных искусств в Каракасе Алехандро Отеро выставил «Кофейники», картины, написанные в Париже в 1946–1948 годах. В этой серии кофейник, бутылка и лампа постепенно перестают быть предметами, и живопись уходит от изображения к абстракции. Консервативная венесуэльская критика встретила их скандалом, и этот шум в конце концов помог абстрактному искусству утвердиться в стране. Два холста 1947 года, «Голубой кофейник» и «Бутылка и лампа I», сейчас в нью-йоркском Музее современного искусства.

Отеро родился 7 марта 1921 года в Эль-Мантеко, в штате Боливар. С 1939 по 1945 год он учился в Школе пластических и прикладных искусств в Каракасе у Антонио Эдмундо Монсанто, писал портреты, обнажённую натуру и пейзажи. Первая выставка прошла в 1944 году в Атенео Валенсии, а в 1945-м на Салоне Артуро Мичелены там же он получил две премии. В том же году он уехал по стипендии в Париж и прожил там до 1952 года.

Во Франции, под впечатлением от Пикассо, и появились «Кофейники». В 1950 году вместе с Паскуалем Наварро, Матео Манауре, Карлосом Гонсалесом Богеном и другими он основал журнал «Диссиденты», который требовал обновления венесуэльского искусства и звал к европейской абстракции; вокруг журнала сложилась одноимённая группа. В тот же год Отеро поехал в Нидерланды смотреть Мондриана. Отсюда «Цветные линии на белом фоне» и «Ортогональные коллажи» начала 1950-х, плотное плетение горизонтальных и вертикальных полос разноцветной бумаги, где впервые появилась идея модуля.

Вернувшись в Каракас, он по приглашению архитектора Карлоса Рауля Вильянуэвы вошёл в «синтез искусств» Университетского городка. Рядом с Арпом, Колдером, Леже, Вазарели и Сото Отеро сделал для кампуса росписи, витражи и «Полихромии», фасады из стеклянной мозаики.

С 1955 по 1960 год он написал семьдесят пять «Колоритмов», самую известную свою серию. Это высокие прямоугольные доски из дерева или плексигласа, по которым краскопультом или валиком нанесён «Дюко», блестящий промышленный лак. По белому полю идут ровные параллельные тёмные вертикальные полосы, между ними поставлены цветные отметки, и от них приходит в движение вся плоскость. Ритм и цвет здесь важнее формы, и картина словно расширяется за свои края. Сам Отеро понимал такую плоскость как поле сил, которое работает одновременно как живопись, объём и архитектура. Нью-йоркский Музей современного искусства купил один из «Колоритмов» уже в 1956 году. В 1957 году Отеро получил премии КАВА и Джона Боултона, в 1958-м Национальную премию по живописи на Официальном салоне в Каракасе, в 1959-м почётный отзыв на V биеннале в Сан-Паулу, в 1960-м первую премию II Межамериканского салона живописи в Барранкилье.

В 1960–1964 годах он снова жил в Париже и делал ассамбляжи из найденных предметов и работы из раскрашенной бумаги. Потом был вице-президентом Национального института культуры и изящных искусств. В 1964 году Национальную премию по прикладному искусству он разделил с женой, художницей Мерседес Пардо, а в 1966-м вместе с ней получил премию за эмаль на международной выставке художественных ремёсел в Штутгарте.

С 1967 года главным для него стала городская скульптура: кинетические «Вибрирующая вертикаль» и «Ротор» соединяли искусство, науку и технику. В 1971 году Отеро получил стипендию Гуггенхайма и работал в Массачусетском технологическом институте. Из нержавеющей стали выросли его «солнечные» скульптуры: «Солнечная дельта» у Национального музея авиации и космонавтики в Вашингтоне (1977), «Солнечная конструкция» в Ивреа (1980), «Солнечный проём» в Каракасе (1982), «Солнечная башня» в Гури (1986). Мне кажется, в них продолжаются «Колоритмы»: те же свет, ритм и движение, только вынесенные под открытое небо.

В 1985 году Музей современного искусства в Каракасе устроил его ретроспективу, больше семисот работ. В последние годы он пробовал работать с цифровыми средствами. Алехандро Отеро умер в Каракасе 13 августа 1990 года. Вскоре Музей визуальных искусств Ла Ринконада получил его имя, на XXI биеннале в Сан-Паулу в 1991 году ему посмертно дали почётный отзыв, а в 2012 году «Колоритмы» показали отдельной выставкой в Пинакотеке штата Сан-Паулу.