Басаван

Биография

На двойном развороте «Акбарнаме» император Акбар сидит верхом на слоне Хавае, известном тяжёлым нравом. Слон взбесился и погнался за другим слоном, Ран Багхом; дело было на мосту у Агрской крепости, и мост под ними проломился. Акбар пытается усмирить зверя, а справа придворные во главе с визирем Атга-ханом сложили руки в молитве, и у каждого своё лицо и свой испуг. Эту сцену около 1590 года написал Басаван.

О самом художнике документов не сохранилось: неизвестны ни год рождения, ни год смерти.

Судя по всему, он был индусом и молодым приехал ко двору откуда-то из северной Индии, во второй половине 1550-х годов. В первые годы правления Акбара мастерской нужно было много иллюстраторов, и их набирали по всем провинциям. Учился Басаван у Мир Сеида Али и особенно у Абд ас-Самада. Абу-л Фазл в «Айн-и Акбари» отвёл мастерской отдельную главу и в списке семнадцати лучших художников поставил Басавана четвёртым, после Мир Сеида Али, Абд ас-Самада и Дасванта; в рисунке, цвете и портрете, писал он, многие знатоки предпочитали Басавана Дасванту.

Первая рукопись с его участием — «Тутинаме», «Рассказы попугая» (1560–1565, Кливлендский музей искусства), персидский перевод санскритских сказок, который тогда иллюстрировали впервые. Его листы там узнают по архаичной архитектуре, как в индуистских миниатюрах «Чандаяны» из Манду; они условнее его зрелых работ. Параллельно шла огромная «Хамзанаме», и его вклад в неё считают значительным; лист «Асад ибн Кариб нападает на ночной лагерь Малика Ираджа» из Метрополитен-музея показывает, что он умел писать и сражения, хотя любимой темой они не были. В «Анвар-и Сухайли» (1570–1571) ему приписывают одну миниатюру, притчу о набожном человеке, которого обманули сначала вор, потом демон, и персидская выучка в ней очевидна. В 1580 году ко двору приехали иезуиты из Гоа, Рудольф Аквавива и Антонио Монсеррат, и подарили Акбару семь томов Королевской многоязычной Библии с гравюрами; европейские гравюры попадали в Индию и раньше. Басаван оказался к ним восприимчив: копировал их, варьировал, ставил европейские фигуры среди разноцветных персидских скал. В лучших его вещах индийское, персидское и европейское сходятся то эклектично, то очень согласно. К 1580-м годам он превзошёл коллег и качеством, и числом листов: в «Размнаме», персидском переводе «Махабхараты» (около 1582–1586), ему принадлежат 33 иллюстрации, у Дасванта 30; в «Тимурнаме» (около 1584) у него 13, у Дасванта восемь.

В «Дарабнаме», которую делали в Лахоре около 1585 года, у него лишь одна миниатюра, «Тамаруса и Шапур на острове Нигар». Город царя Харикуса на сваях посреди воды похож на идеализированный Лахор, новую столицу Акбара, а лицо человека, вычерпывающего воду из лодки, показано анфас, что непривычно и для старой индийской, и для персидской живописи. По-моему, именно по этому листу лучше всего видно, как далеко он ушёл от «Тутинаме».

Рукописи обычно делали сообща: ведущий мастер давал композицию и рисунок, другие раскрашивали, третьи прорисовывали лица. Целиком сам художник мог сделать разве что отдельный лист вне книги. Таков, вероятно, «Полёт Симурга» (около 1590, собрание Ага-хана, Женева) на сюжет из «Хафт пайкара» Низами: герой, ухватившись за лапы птицы, уносится в райские края. Двух человек в клюве Симурга, как заметил искусствовед С. К. Уэлч, в поэме нет. В «Бахаристане» Джами (Лахор, 1595) суфий Абу-л Аббас упрекает дервиша, который гордится своим рубищем, и фигуры поставлены на террасе так, что чувствуется настоящая глубина. В «Хамсе» Амира Хосрова Дехлеви (1596–1597) мусульманский паломник учится благочестию у брахмана, распростёртого на дороге к храму Шивы в Сомнатхе; далёкий пейзаж с мостом заимствован из европейского образца, возможно, из гравюры Адриана Колларта «Африка» по Мартену де Восу.

С его именем связывают около ста работ. Среди подписанных рисунков из музея Гиме в Париже есть вариации на европейские гравюры, например «Молодая женщина и пожилой мужчина», которая повторяет сюжет святого Луки, пишущего Богоматерь. Предполагают, что около 1600 года, после смерти Абд ас-Самада, он возглавил императорскую мастерскую в Лахоре; по другой версии, это случилось ещё в 1585 году, после смерти Дасванта. Примерно с 1600 года его имя перестаёт появляться в надписях на полях миниатюр. Его сын Манохар тоже стал художником и работал на Акбара, а потом на его наследника Джахангира.