Козьма Сергеевич Петров-Водкин

Биография

2 марта 1910 года газета «Биржевые ведомости» напечатала письмо Ильи Репина «Критикам искусства». Поводом стала картина «Сон», показанная на выставке Союза русских художников. Репин увидел в ней декадентство и вызов реализму, назвал её автора «безграмотным рабом» и «неучем», подражающим Матиссу и Гогену; заодно он приписал Петрову-Водкину вещи других молодых москвичей. Через несколько дней в защиту картины выступили Александр Бенуа и Лев Бакст, и спор растянулся на месяцы.

Сам художник смотрел на «Сон» спокойнее. В письме он объяснял, что верит «в нарождение самого себя, в опрощение языка».

Кузьма (в документах также Козьма) Сергеевич Петров-Водкин родился 24 октября (5 ноября) 1878 года в Хвалынске Саратовской губернии, в семье сапожника; вторая половина фамилии пошла от прозвища деда. Мать, Анна Пантелеевна, из бывших крепостных, служила прислугой у богатых купцов; переписка с ней, как пишут биографы, заменила ему дневник. Двенадцатилетним он наблюдал, как работают два местных иконописца, и сам пробовал писать иконы. В 1893 году, окончив городское училище, он поработал лето в судоремонтных мастерских, провалился на экзаменах в самарское железнодорожное училище и попал в классы живописи Ф. Е. Бурова. Там за всё время ни разу не рисовали с натуры. Тогда же юноша отнёс Максиму Горькому поэму на толстовские темы и получил отповедь, подействовавшую, по его словам, отрезвляюще.

Всё решил случай. Летом 1895 года в Хвалынск приехал петербургский архитектор Роман Мельцер, проектировавший особняк для купчихи и меценатки Юлии Казариной. Мать Кузьмы, служившая горничной у сестры Казариной, показала ему рисунки сына. Мельцер посоветовал ехать учиться в столицу, а Казарина почти десять лет платила юноше небольшое пособие. С 1895 года он учился в Училище технического рисования Штиглица, с 1897-го в Московском училище живописи, ваяния и зодчества у Валентина Серова и Николая Касаткина. С однокашниками Павлом Кузнецовым и Петром Уткиным он в 1902 году расписывал церковь в Саратове; в 1904 году окружной суд признал эти росписи неканоническими, и их уничтожили. Тогда же он сделал пятиметровое майоликовое панно «Богоматерь с Младенцем» для церкви при Ортопедическом институте Вредена в Петербурге и ездил в Лондон, где эскиз переводили в майолику на керамической фабрике «Дультон». Училище он окончил в 1904 году.

Затем были Италия (1905–1906), Париж с академией Коларосси и весной 1907 года Алжир и Тунис. «Я почти забыл мои серые краски», писал он об Африке. В Париже, в пансионе её матери в Фонтене-о-Роз, он познакомился с Маргаритой Йованович, будущей Марией Фёдоровной Петровой-Водкиной; обвенчались они в 1910 году в Хвалынске. Первая персональная выставка прошла в ноябре 1909 года в редакции журнала «Аполлон». Позже он признавался, что в Париже и Африке оставался художником «неопределившимся» и настоящая работа началась в России.

После «Сна» появились «Мальчики» (1911), где сам допускал влияние матиссовского «Танца», и в 1912 году «Купание красного коня». Вместе с «Матерью» (1913) и «Девушками на Волге» (1915) эти холсты связаны с заново открытой тогда русской иконой. Он расписывал храмы в Овруче и Кронштадте, оформил «Орлеанскую деву» в театре Незлобина, преподавал в петербургской школе Званцевой. Постепенно сложилась его теория: изогнутое, «сферическое» пространство, увиденное как бы с высоты, и три основных цвета, красный, синий и жёлтый. В 1916 году его призвали в лейб-гвардии Измайловский полк, где он писал «На линии огня».

С 1918 года Петров-Водкин был профессором бывшего училища Академии художеств, которое затем много раз переименовывали, и проработал там до 1932 года. Жаловался матери на «окаянное профессорство» вместо живописи, и всё же в эти годы написаны автопортрет и натюрморты 1918 года, «Петроградская мадонна» (1920), портрет Анны Ахматовой (1922). В 1921 году он ездил с экспедицией в Самарканд и выпустил книгу «Самаркандия». В октябре 1922 года родилась дочь Елена. В 1924–1925 годах семья жила во Франции. «Смерть комиссара» (1928), написанная в той же сферической перспективе, подвела итог десятилетию.

С 1929 года болезнь надолго отлучила его от живописи, и он взялся за прозу: «Хлыновск» (1930) и «Пространство Эвклида» (1932). Горький в 1933 году разнёс вторую книгу, а Петров-Водкин ответил в письме Андрею Белому, что статья напоминает «лузг семечек под гармошку» и только подзадоривает его. По-моему, в этой фразе весь его характер. В 1930 году он получил звание заслуженного деятеля искусств РСФСР, в августе 1932-го стал первым председателем Ленинградского отделения Союза советских художников. Когда стало немного легче, он снова писал: «1919 год. Тревога» (1934), «Новоселье» (1937). Портрет-картину «А. С. Пушкин в Болдине» жюри Пушкинской выставки 1937 года отклонило, и художник разрезал холст на куски.

Петров-Водкин умер в Ленинграде 15 февраля 1939 года. Похоронен на Литераторских мостках Волковского кладбища.