Monira Al Qadiri

Биография

Дед Муниры аль-Кадири по отцовской линии пел на лодке ловцов жемчуга: его дело было подбадривать ныряльщиков. Жемчужный промысел был главным занятием Кувейта, пока страна не стала нефтяной. Эта цепочка, от жемчуга к нефти, потом много лет держит её работы.

Родилась она в 1983 году в Дакаре, где отец служил дипломатом. Мать, Сурайя аль-Баксами, была художницей, старшая сестра Фатима стала художницей и музыкантом.

В 1985 году семья вернулась в Кувейт и прожила там войну в Заливе 1991 года. В шестнадцать лет Мунира уехала в Японию. Там она десять лет училась, получила степени бакалавра и магистра, а в 2010 году защитила в Токийском университете искусств докторскую диссертацию по интермедиа-арту. Тема называлась «Эстетика печали на Ближнем Востоке»: в ней она рассматривает поэзию, музыку, искусство и религиозные практики в свете современной нефтяной культуры.

В 2011 году она переехала в Бейрут по приглашению резиденции Ashkal Alwan и шесть лет изучала историю музеев в странах Залива. В 2013 году вместе с сестрой Фатимой, Нану аль-Хамадом, Халидом аль-Гарабалли, Софией аль-Мария, Азизом аль-Катами, Барраком Альзаидом и Амаль Халаф основала арт-коллектив GCC. Название повторяет английскую аббревиатуру Совета сотрудничества стран Персидского залива, экономического и политического союза государств региона. В 2016 году она начала резиденцию в Рейксакадемии в Амстердаме.

Там появилась серия напечатанных на 3D-принтере скульптур, напоминающих буровые головки. Их покрыли переливающимся лаком вроде автомобильного; способ она отработала в нескольких мастерских вместе с техником лаковой лаборатории. По её наблюдению, жемчуг и нефть лежат на противоположных концах одного дихроичного цветового спектра. Для одной из биеннале серию увеличили до монументальных размеров. К тому же кругу относятся «Спектр I» и скульптура «Empire Dye» (2018): гигантская раковина моллюска murex ярко-фиолетового цвета. Так окрашен сигнал тревоги на нефтяных платформах, когда они готовы взорваться. Мне кажется, раковина читается как предупреждение, и её связывают с климатическим кризисом.

Вторая постоянная тема — гендер. В ранних перформансах она выступала в мужской одежде и называет это «средством превращения» и мимикрии. В «Абу Атийя (Отец боли)» она изображает южноиракского певца Яса Ходора. Интерес к трансвестизму она возводит к юности в Кувейте, где женщины оставались дома из соображений безопасности: быть мужчиной значило быть сильным. В подростковом возрасте она стриглась почти наголо и носила накладные усы. Сейчас она в дрэге не выступает, но в видео, например в «За солнцем» (2013) и «Слухах о достатке» (2012), текст читают низкие мужские голоса.

Её персональные выставки прошли в Sultan Gallery в Кувейте (2014), в Gasworks в Лондоне (2017), в Кунстферайне Гёттингена (2019), в Хаусе дер Кунст в Мюнхене (2020), в Берлинской галерее (2021), в музее Блаффер в Хьюстоне и музее Гуггенхайма в Бильбао (2022), в Kunsthaus Bregenz и UCCA Dune в Китае (2023). Она участвовала в групповых выставках в Нью-Йорке (New Museum, 2014; MoMA PS1, 2019–2020), в Бейруте (музей Сурсок, 2016) и в Палэ де Токио (2020), а также в Венецианской биеннале 2022 года. В 2022 году она получила премию Triennale Small Sculpture Award, в 2023-м Prix Nice (He)art x Asia Now. Её фильмы и видео показывали, среди прочего, в Центре Помпиду (2016), в нью-йоркском MoMA (2018), в венском Бельведере (2022). Живёт и работает в Берлине.