Ким Хванги

Биография

В 1935 году на токийской выставке Ассоциации второго отделения (Никакай) была показана картина «Когда поют жаворонки». На ней женщина в ханбоке несёт на голове корзину: фигура собрана из упрощённых геометрических форм, а содержимое корзины видно целиком, потому что оно повёрнуто под другим углом. Автору, Ким Хванги, было двадцать два года, и это была его первая работа, отправленная на такой смотр. Она получила награду.

Родился он 27 февраля 1913 года на острове Кичжвадо, в уезде Синан провинции Дзэнра-нандо, четвёртым ребёнком и единственным сыном богатого землевладельца Ким Санхёна. После начальной школы его отправили в Сеул к старшей сестре, затем семья оплатила учёбу в Токио, где он ходил в среднюю школу Киндзё и учился играть на скрипке. В 1932 году он вернулся домой, и отец, не желая отпускать его дальше учиться, женил его. Хванги решил стать художником и тайно уехал в Японию.

В 1933 году он поступил на художественный факультет токийского Университета Нихон на трёхгодичную программу. На втором году перешёл в Институт авангардной западной живописи, где преподавали японские художники, жившие в Европе и знакомившие коллег с кубизмом, футуризмом и сюрреализмом; среди наставников были Того Сэйдзи и Цугухару Фудзита. Он увлёкся Матиссом и Пикассо. Его картины 1936 года «Дом» и «Сосуды с соусом на террасе» строятся на элементах корейского дома: воротах, бумажных раздвижных дверях, стенах, лестницах, керамике, которые он писал подчёркнуто плоско. Когда институт закрыли, он в 1936 году вместе с четырьмя другими участниками, среди них Киль Джинсоп, основал Общество Хакубан. Первая персональная выставка прошла в галерее Амаги в Токио в январе 1937 года, за несколько месяцев до возвращения в Корею. «Рондо», «Ария» и «Белая чайка» (1937–1938) — уже чисто геометрические композиции из пересекающихся фигур. «Рондо» считается одним из самых ранних образцов абстрактного искусства в современной Корее и в 2013 году получило статус культурного достояния (№ 535).

В Сеуле он сблизился с литераторами и всё больше интересовался традиционным корейским искусством. В 1940 году участвовал в сеульской выставке Ассоциации свободных художников, а в 1941-м вышел из неё. К тому времени он развёлся с первой женой; в 1944 году женился на писательнице Пён Донним, вдове поэта Ли Сана, которая взяла имя Ким Хянан. Сам он сменил творческий псевдоним на Сухва.

В 1948 году вместе с Ю Ёнгуком и Ли Кюсаном он основал Группу Нового реализма; позже к ней присоединились Чан Укчин, Пэк Ёнсу и Ли Джунсоп. Участники хотели создать новую реалистическую живопись без японского влияния и вне борьбы правых и левых. На второй выставке группы в 1949 году он показал «Белый фарфор и цветы»: фарфоровый сосуд превращён в круг. Он собирал старинную корейскую керамику, особенно белые фарфоровые «лунные кувшины» эпохи Чосон, подолгу разглядывал их дома и писал на своих холстах.

Во время Корейской войны он уехал из Сеула на юг и три года провёл в лагере беженцев в Пусане. Жена вспоминала, что он тяжело переживал это время и пристрастился к алкоголю, но работал. Тогда написан «Поезд беженцев» (1951): вагоны набиты людьми, а краски яркие, красные и синие, тогда как другие художники писали войну сдержаннее и реалистичнее. В 1953 году он вернулся в Сеул, преподавал в Колледже изящных искусств Университета Хоник, многократно писал кувшины и был избран в Корейскую академию.

С 1956 по 1959 год он работал в Париже. В отличие от многих соотечественников, которых поездка резко меняла, он остался верен своим мотивам: керамика, птицы, горы, олени, цветущая слива. Всё чаще он писал голубым, цветом детства на острове. В «Сливе и вазе» (1957) белая ваза с чёрным контуром напоминает луну, а за ней ветка дикой сливы. Мне кажется, парижские годы нужны ему были, чтобы увидеть корейское со стороны.

Вернувшись в 1959 году, он стал деканом, а в 1960-м президентом Колледжа искусств Хоник. Преподавание и административные дела отнимали почти всё время, а конфликты с советом директоров вызывали у него разочарование.

В 1963 году он был комиссаром Кореи на биеннале в Сан-Паулу и одним из семи участников; за три картины получил почётное упоминание. Там он увидел работы Адольфа Готлиба, получившего главную премию, и заговорил об «интернационализации» корейского искусства. В том же году переехал в Нью-Йорк, в следующем к нему присоединилась жена. Благодаря гранту Общества Азии они поселились в студии на Верхнем Вест-Сайде. Картины его не продавались. Он нашёл поддержку у По Кима, Джона Пая, Намджуна Пайка, у Готлиба и Марка Ротко. Он пробовал новые материалы: масло на газетной бумаге, папье-маше, коллажи.

К 1970 году появились «точечные картины»: он покрывал негрунтованный холст мелкими неровными точками масла, разведённого скипидаром. Ранний пример, «Где, в какой форме мы встретимся снова?» (1970), назван по стихотворению друга, поэта Ким Гвансопа; разбавленная краска давала эффект расплывшейся туши. За эту работу он получил гран-при на первой Корейской выставке искусств. С 1971 года точки сложились в круги и кривые, как во «Вселенной 05-IV-71 № 200». Её показали на персональной выставке в нью-йоркской галерее Пойндекстер, где он выставлялся каждый год до смерти.

Ким Хванги умер в Нью-Йорке 25 июля 1974 года в возрасте шестидесяти одного года. В 1978 году вдова основала Фонд Ким Хванги, а в 1992 году открыла в Сеуле Музей Ким Хванги, здание которого построил архитектор У Гю Сын.