Wolf Kibel

Биография

В 1923 году Вольф Кибель отправился из Польши в Париж пешком. Дальше Вены он не добрался: на дорогу через Чехословакию ушло несколько месяцев, около 524 километров.

Родился он 16 декабря 1903 года в Гродзиске-Мазовецком, местечке в тридцати двух километрах от Варшавы, тогда в составе Царства Польского. Отец служил в общине кантором и резником, происходил из семьи певцов и при этом резал миниатюры, сочинял духовную музыку, писал стихи и переплетал книги. Вольф был третьим сыном и пятым из шести детей; пел в отцовском хоре и вырезал гротески из отцовских точильных брусков. В 1911 году отец умер. С началом Первой мировой семья переехала в Варшаву, где мальчика отдали в ученики к переплётчику, но после несчастного случая он место потерял. Вернувшись в Гродзиск, он попал в подмастерья к мастеру по заготовке верха для обуви, сбежал на несколько дней в деревню, и после этого ему разрешили рисовать и писать свободно. Первым профессиональным художником, увидевшим его работы, стал лондонский знакомый родни по фамилии Аппельбаум, приехавший в Польшу расписывать синагогу. Он увёз юношу в Варшаву, где тот познакомился с художниками, ходил по галереям и читал книги и журналы. Ему понравились картины Юзефа Исраэлса и Яна Матейко.

После Версальского договора 1919 года в Польше прокатилась волна погромов. Эта враждебность и перспектива призыва заставили Кибеля уйти на запад. В Вене, бедной и полной беженцев, он часто ночевал в парке Пратер. Антиквар свёл его с портретистом Эдмундом Пиком-Морино, тот нашёл ему богатого покровителя-банкира и разрешил рисовать и писать своих натурщиков, среди которых были светские дамы в масках. Вероятно, тогда Кибель увидел работы Оскара Кокошки. Без документов в Париж поехать было нельзя, и Пик-Морино уговорил его отправиться в Палестину.

В 1925 году Кибель добрался до Хайфы, потом до Иерусалима и по дороге заболел малярией. Единственным его имуществом было рекомендательное письмо к директору школы «Бецалель» Борису Шацу. Патриотические картины, которые там требовали от учеников, его разочаровали, и он уехал в Тель-Авив. Там он спал на пляже, пока двоюродный брат, служивший иммиграционным чиновником, не отвёл его к частному врачу; курс сальварсана малярию вылечил. Приятель по фамилии Попек, державший вместе с женой крохотную молочную ферму на окраине, приютил его, а когда Кибель стал настаивать на отъезде, отдал ему сберегательную книжку, чтобы хватило на комнату. Он подружился с Ицхаком Френкелем, семь лет прожившим в Париже, но учеником его не был. Тогда же он встретил будущую жену Фреду. Тель-авивские художники до подражательства преклонялись перед Сезанном; Кибель считал это опасным и говорил друзьям об этом прямо. Сам он ценил Шагала, а у Матисса его впечатлил формализм. Работал он в основном акварелью и чёрно-белым рисунком: масло было дороже, и к нему он перешёл, когда некий доктор Злоцкисты вызвался оплачивать материалы. Поэт Хаим Нахман Бялик поддерживал его работу, и они стали близкими друзьями.

Через четыре года в Палестине Кибель сдал на иврите экзамен на гражданство; прежде он с рождения был лицом без гражданства. Тогда же пришёл аффидевит от брата Сэма, обосновавшегося в Кейптауне и не знавшего, что у Вольфа есть жена. Фреда в декабре 1928 года уехала в Краков, где родила первого ребёнка.

Кибель прибыл в Кейптаун 27 июня 1929 года, в день, когда в Кракове родился сын Джозеф. Он поселился у брата, кантора синагоги в Компанс-гарденс, но скоро выяснилось, что тот не одобряет его занятий искусством, и Кибель пожалел о переезде. Потом он снял комнату у Розы ван Гелден, директора начальной школы, которая в обмен на уроки дала ему мастерскую при школе. Кейптаунские галереи были ему неинтересны, горожане, как он считал, живописью не интересовались. В декабре 1931 года он устроил выставку в доме Мартина Мелька, чтобы собрать денег на поездку к семье. Публика и круг критиков, среди них Бернард Льюис из газеты «Die Burger», не знавшие или не принимавшие авангард, были возмущены. Похвалил выставку преподаватель Фрэнк Баррингтон Крейг, а художник Хьюго Ноде пригласил Кибеля к себе в Вустер. Там Кибель остался и в его мастерской освоил офорт. Доброта Ноде убедила Вольфа и Фреду, что Париж будет слишком трудным переездом, и Фреда с Джозефом приехали в Кейптаун 19 января 1933 года. По её записям, он много работал с натуры в самых разных техниках: пастель, масло, акварель, темпера, мел, перо, офорт. Влияние Матисса, кажется, сошло на нет, уступив место собственной манере.

Мастерскую он перенёс в обветшавшее здание на Роланд-стрит, «Палм-студиос», где верхний этаж делил с вернувшимся из Парижа Липпи Липшицем. Чтобы свести концы с концами, оба брали учеников. Выставка 1935 года в галерее «Эшбис», которую открывал Липшиц, снова вызвала брань публики, но Мелвин Симмерс в «Cape Times» откликнулся одобрительно, озаглавив рецензию «Мужественная выставка Вольфа Кибеля». Провалы выставок, рождение второго ребёнка, Аарона, и общая враждебность к его искусству привели к напряжению между художниками, и в 1937 году их выселили.

Кибеля часто называют экспрессионистом, но в его живописи нет ни щедрости Ирмы Стерн, ни пасторальности Мэгги Лаубсер. Революционного гнева первых экспрессионистов он не разделял; влияли на него Матисс, Шагал и Сутин, как и они, он происходил из восточноевропейской еврейской среды. Как Сутин, он писал пастозно, выразительным мазком. Он был строгим формалистом: ничего не объяснял, не вёл разговоров о продаже и не подписывал и не датировал работы, а выставки презирал, что публике и критике не прибавляло к нему симпатии. Он избегал и ходовой живописности, например кейптаунского Малайского квартала, который до сих пор бесконечно эксплуатируют ради продаваемых картин. Сам он писал, что хочет добиться высокой сложности и порядка без потери спонтанности, «чего-то вроде оркестрового эффекта в живописи». Монотипии с металлических пластин он довёл, по оценке исследователей, до выразительной зрелости и сделал респектабельным видом искусства.

Последняя выставка прошла в 1937 году: 45 работ, среди них портрет жены темперой, купленный Южноафриканской национальной галереей. Симмерс писал в «Cape Times» 24 июня 1937 года о его цветных монотипиях. Кибель умер в Кейптауне 29 июня 1938 года, друзья, особенно Сесил Хиггс и Мэгги Лаубсер, навещали его. Работы художника хранятся в Южноафриканской национальной галерее в Кейптауне, галерее Йоханнесбурга, музеях Претории и Дурбана и других собраниях страны.